Россия, несомненно, внесла вклад в мировую экономическую науку - творчески развив и дополнив сложившиеся в Европе и Штатах представления о семейном бизнесе. Российская модель семейного бизнеса резко отличается от сложившейся в Европе. У нас ключевым условием успеха является наличие у одного из родственников существенного административного ресурса. Ну и, конечно, считать, что энергетика или коммуналка семейному предпринимательству противопоказаны – это прошлый век.
Россия, несомненно, внесла вклад в мировую экономическую науку - творчески развив и дополнив сложившиеся в Европе и Штатах представления о семейном бизнесе.
В США, согласно данным центра по исследованию семейного бизнеса Cox Family Enterprise Center, к середине «нулевых» около 60% всех публичных компаний — семейные, то есть ими управляют два члена семьи или более. По данным шведской бизнес-школы Йончепинг более 80% всех предприятий в мире являются семейными..
Больше всего семейных компаний в Италии — 95%, за ней следуют Швеция и Швейцария (по 90%). По сведениям французской бизнес-школы Insead семейные фирмы преобладают там, где важную роль играет имидж и узнаваемость: производство предметов роскоши, автомобилей, СМИ, и розничная торговля. По мнению европейских ученых, семейные компании редко занимают заметное место в таких секторах, как страхование, энергетика или коммунальные услуги.
Эксперты Cox Family уверены, что семейные фирмы более эффективны: члены семьи на руководящих постах «получают меньше и работают большее количество часов».
Российская модель семейного бизнеса резко отличается от сложившейся в Европе. У нас ключевым условием успеха является наличие у одного из родственников существенного административного ресурса. Ну и, конечно, считать, что энергетика или коммуналка семейному предпринимательству противопоказаны – это прошлый век.
На днях к нам в редакцию пришло официальное заявление пресс-службы губернатора Петербурга. Смольный выразил крайнее неудовольствие тем, что коллеги из «Делового Петербурга» испытывают «странную привязанность» к упоминанию в публикациях имени сына губернатора Сергея Матвиенко: «Частота и нарочитость этих попыток в издании, которое принято причислять к уважаемым, вызывает недоумение и заставляет поразмышлять над истинными причинами редакционной политики».
Дальнейшие размышления выдержаны в стиле, вообще-то для официальных рассылок нехарактерном: «сомнительные повествования», «скупая слеза», «корыстные интересы заинтересованных лиц»… И вывод: «ДП» «предоставляет свои страницы тем, кто сопротивляется закону» и даже сочувствует им. То есть полшага до обвинения СМИ в экстремизме.
И очень не хватает в завершающей части этого эмоционального текста пары строк о том, что в дальнейшем Смольный будет считать тех, кто размещает рекламу в «ДП» - «сочувствующими тем, кто сочувствует».
На самом деле «ДП» просто привязал Сергея Матвиенко к конфликту вокруг Хасанского рынка. История мутная: рынок решили снести и передать площадку «Ленте»; предприниматели воспротивились; участок выставили на торги, но желающих не нашлось; тогда город заявил, что рынок все равно «зачистит» и за свой счет (то есть за мой – потому что «своих» денег в бюджете у власти нет, только средства налогоплательщиков) построит торговый центр стоимостью в 100 млн рублей. Теперь в точке конфликта работают ОМОН и адвокаты из Общественной палаты. Сергей Матвиенко там сбоку припеку: кто-то когда-то вел с ним переговоры. Да, «Деловой Петербург» нечасто и утруждает себя проверкой фактуры. Но само внимание к фигуре Сергея Владимировича весьма характерно.
Журнал «Город» недавно включил его в десятку самых влиятельных бизнесменов Петербурга. Наряду с Алексеем Миллером («Газпром»), Юрием Ковальчуком (банк «Россия») и Вячеславом Заренковым (холдинг «ЛенСпецСМУ»). Сергей Матвиенко возглавляет девелоперскую структуру банка ВТБ и многопрофильный холдинг «Империя» с тремя десятками «дочек». Если бы он развивал свой бизнес за пределами северной столицы – так не было бы и вопросов. (Он, кстати, и пытался. Но эстонский проект обустройства на островке элитного жилого комплекса как-то не задался – пришлось свернуть). А так, конечно, вопросы возникают. Впрочем, как пишут коллеги из журнала «Город», «про бизнес Сергея Матвиенко почему-то не все любят вспоминать».
Эта сдержанность еще более характерна, когда речь заходит о бизнесе сыновей губернатора Ленобласти Валерия Сердюкова. О них вообще немного говорят и еще меньше пишут.
Валерий Сердюков стал вице-губернатором в 1996, и с 1998 бессменно возглавляет регион. В 1999 конкурс на поставку угля выиграла доселе малоизвестная фирма «Севтопэнерго», соучредителем которой значился юный Денис Сердюков. Позднее Денис и Вадим создали фирмы «Вадэн» и «Интерсолар», работающие в лесной промышленности. Компания «Интерсолар», к примеру, получила в долгосрочную аренду 155 838 гектаров областных земель, еще 30 000 га в Приозерском районе фирме предоставили под охотничьи угодья. Компания «Велес», которую возглавляет Денис Сердюков, может охотиться на 19 тысячах га в Волховском и 20 тысячах га в Лодейнопольском районе…
Компания «Вадэн» одним из ключевых направлений деятельности избрала поставку металлоконструкций для энергетики (ау, близорукие эксперты из Insead и Cox!). Кстати, Сердюков-старший с 1999 по 2008 годы был членом совета директоров ОАО «Ленэнерго».
Для управления разветвленным хозяйством создана группа «Капитал». Активы переведены, по данным СМИ, в кипрский офшор Yievatris Investments Ltd... И это разумно, потому что «административный ресурс» не вечен, а денежка счет любит.
Коллега Привалов, аккуратно выбирая слова, пишет в «Эксперте», что «наличие у мэра жены-миллиардерши не слишком прилично». Но оставим Москву москвичам.
В федеральном законе «О противодействии коррупции» раскрывается такое важное понятие, как «конфликт интересов». По закону, такой конфликт возникает в ситуации, «при которой личная заинтересованность (прямая или косвенная) государственного или муниципального служащего влияет или может повлиять на надлежащее исполнение им должностных <…> обязанностей и при которой <…> может возникнуть противоречие между личной заинтересованностью <…> и законными интересами граждан, организаций, общества или государства».
Думаю, что внутри плотно организованного семейного предприятия как раз никакого конфликта интересов нет. А есть полная гармония и взаимопонимание сторон. Просто надо учитывать, что власть – это просто такая форма ведения бизнеса. По крайней мере, у нас.
Дмитрий Синочкин, шеф-редактор еженедельника «Недвижимость и Строительство Петербурга»
Источник: ГдеЭтотДом.РУ